 |
 |
|
Преступление без наказания.
Есть очень старый анекдот, когда один из приятелей жалуется другому, что находит у себя все болезни при чтении медицинского справочника, второй сетует, что испытывает подобное при чтении уголовного кодекса.
На самом деле есть одно настоящее преступление, которое когда-то совершили или совершат в ближайшее время почти все законопослушные граждане. Более того, многие соотечественники совершали преступное деяние неоднократно, то есть, по сути, являются рецидивистами.
|
|
|
|
|
Как нетрудно догадаться, речь идет о распространении порнографических предметов и материалов, караемом по статье 242 УК крупным штрафом, конфискацией означенных предметов и материалов и лишением свободы.
Для того, чтобы перейти грань закона надо всего лишь передать (про-дать, подарить, дать на время в аренду или бесплатно) или просто показать сцену из фильма, картинку в журнале, фотографию другому человеку.
Не важно, друг он или враг, взрослый или подросток и чем руководствовался передающий - стремлением заработать, развратить, развлечь жертву преступления или остановить распространение порно (например, забрать порнокассету у подростка и отдать ее отцу, чтобы лучше контролировал свое чадо).
|
|
|
С формальной точки зрения даже передача порноматериалов на экспертизу в учреждение культуры является распространением порнографии среди работников этого учреждения.%end% Кстати, экспертиза подозрительных на наличие порнографии материалов вовсе не является для суда обязательной, судье дано право самому решить являются ли рассматриваемые материалы порнографическими или нет.
Правда, последние годы сотрудники МВД практически всегда прибегают к экспертизе при возбуждении уголовного дела по данной статье, а вот суд может не принимать во внимание любые экспертные заключения. У самого частого преступления нет жертвы: никто никогда не смог представить убедительные доказательства вреда порнографии для конкретного потребителя.
Если при расследовании убийства действует императив: нет трупа, значит, нет и самого убийства, то при расследовании дел, связанных с распространением порнографии искать жертву не обязательно. Даже если сама "жертва" умоляет простить преступника, машина правосудия останется неумолимой.
Это строже, чем при изнасиловании, где уголовное дело возбуждается исключительно по заявлению потерпевшей. Это строже, чем при хранении оружия, где закон допускает обладание им по специальному разрешению (охотничье, именное, спортивное, коллекционное и т.п.).
В период разгула рэкета и уличного бандитизма многие носили оружие с собой для самозащиты и запасались заявлением о его добровольной сдаче в милицию на случай внезапной проверки уличным нарядом или постом ГАИ.
Порнография не подлежит добровольной сдаче в милицию и подобное заявление не сработает. В принципе, это строже, чем хранение наркотиков, где есть хотя бы криминальный порог дозы и есть медицински оправданное потребление.
На порнографию нельзя выписать рецепт, хотя очень многим супружеским парам порнография помогает сохранить сексуальную активность не хуже любой виагры, а с легализацией порнографии и проституции в большинстве стран Западной Европы в 70-х годах прошлого века уровень сексуального насилия в них заметно понизился.
%beg=4% Ежегодно в нашей стране около тридцати тысяч человек гибнут от алкоголя, сотни тысяч болеют от него же, а все аварии, травмы, несчастные случаи и разбитые судьбы не пересчитать никакому Госкомстату, средняя продолжительность жизни сильного пола у нас ниже пенсионного возраста. Но алкоголь можно производить, ввозить в страну, хранить с целью распространения, рекламировать и распространять, чего категорически нельзя в отношении порнографии.%end% Более того, все чаще предлагается вернуть госмонополию на эту индустрию смерти, дать государству эксклюзивное право калечить людей, и при этом об ущемлении общественной нравственности никто и не заикается.
Просто научены горьким опытом горбачевских времен, когда попытки ограничить людей в потреблении алкоголя, несмотря на подслащенную разрешением кооперативов пилюлю, привели не к улучшению, а к полному краху прежнего политического режима.
Уже агонируя, в 1991 году режим пытался ввести уголовное преследование за пропаганду порнографии, культа насилия и жестокости. Под этой помпезной формулировкой скрывалось стремление запретить импортные видеофильмы со стрельбой, восточными драками и показной западной любовью, мгновенно девальвировавшие унылый в своем большинстве отечественный кинематограф. Сам культ жестокости и насилия, бывший долгие годы составной частью государственной политики, никогда законодательно не пресекался.
%beg=4% Почему же наше общество так боится порнографии? Если послушать депутатов предыдущих "левых" Дум, становится ясно, что нравственность у России есть последнее, что не успели приватизировать олигархи и растранжирить демократы.
|
|
|
Одним словом, убери нравственность и государственный строй рухнет. Неправда ли, хорош строй, который рассыпается как карточный домик от одного вида голой задницы.
Другой аргумент: на порнографии кто-то заработает большие деньги, поэтому ее нельзя разрешать. Тоже логика своеобразная: на нефти, дефолте, похоронах, даже религиозных чувствах зарабатывать можно.
Третий аргумент: Россия присоединилась к Международной конвенции о борьбе с порнографией и должна выполнять свои обязательства. Вот и выполняем, то есть законодательно запрещаем. А то, что почти все порнографию смотрят, хорошо: при необходимости можно любого посадить.
Весь секрет этой демагогии очень прост, с порнографией очень выгодно бороться, легко зарабатывать очки, повышать политические рейтинги, особенно в период избирательной компании. Неважно, что при этом мы строим либерально-капиталистическое общество западноевропейского типа с широкими демократическими свободами, приоритетом частной жизни, гарантией защиты всех прав личности, включая сексуальные.
Неважно, что именно в бескризисных странах Западной Европы, теперь включая страны Балтии, порнография частично легализована, ее производители не только зарабатывают на ней, но и платят налоги государству, а сидят в тюрьмах те, кто закон о порнографии нарушил.
У России есть свой путь: закон о порнографии разрабатывается в Думе уже 10 лет, с 1997 года готовый законопроект, одобренный всеми территориями, всеми ведомствами, принятый в трех чтениях не подписан президентом, а изменения в Уголовном Кодексе к этому Федеральному Закону действуют с 1997 года.
В итоге все делают вид, что закон работает. Милиция заводит уголовные дела и быстро их закрывает, так как нет достаточной правовой базы и судебной перспективы.В судах дела тянутся бесконечно долго, обвинительные приговоры до смешного редки и касаются в основном мелких уличных распространителей, когда обвиняемый запуган и согласен на штраф.
Зато ни один серьезный производитель порнографии не пострадал. Два громких резонансных дела 90-х. когда были арестованы режиссер и издатель газеты случились только потому, что они сами объявили свои произведения порнографическими. Так же в целях рекламы однажды спутниковая телекомпания заявила, что открывает ночной порноканал, но после вызова директора в прокуратуру переименовала его в эротический.
Несколько раз радикалы одной псевдорелигиозной организации безуспешно добивались возбуждения уголовного дела против юношеских журналов "Кул", "Молоток", "16" за распространение порнографии среди несовершеннолетних в форме обсуждения с ними вопросов секса.
А через пару лет Дума взяла и разрешила половые связи с лицами, достигшими 14 лет. Правда, две недели назад президент своим указом вернул прежний 16-тилетний рубеж охраны половой неприкосновенности несовершеннолетних. Известный писатель Сорокин не стал соглашаться, что писал порнографию, и прокуратура организовала ему бесплатную рекламную компанию.
Известный видеопроизводитель из Петербурга Сергей Прянишников устал от многолетнего уголовного преследования за производство порнографических предметов и материалов и чуть не стал губернатором Санкт-Петербурга, а затем депутатом Госдумы.
И хотя обещания придти во власть и провести в жизнь Сексуальный Кодекс Прянишников еще не выполнил, но диссертацию на тему "Культурно-историческое и социально-правовое поля эротики и порнографии" все таки защитил.
Не так давно, центральные государственные телеканалы показали подробности сексуальных похождений одного госчиновника, но никто из борцов с порнографией почему-то не потребовал возбудить против этих каналов уголовное дело. Зато полностью и неоднократно изобличенные в производстве детской порнографии организаторы специального Интернет-сайта отделались в суде легким испугом.
Есть две главные причины полного паралича судебно-следственной машины перед более-менее сообразительным порнопроизводителем. Первая - отсутствие в законе определения порнографии, вторая - необходимость доказать, что обвиняемый производил и распространял зло с умыслом, то есть прекрасно знал, что распространяет порнографию.
Не надо быть юристом, чтобы понимать: первое исключает второе. Вот она, желанная гармония, идеальное равновесие, баланс интересов всех и вся.
Закон есть, нарушают все, отвечать некому.
Никакому олигарху не снились подобные условия для бизнеса. Нужно лишь немножко лицемерия и бессовестности, чтобы тихо набивать карманы, пока лазейка в законе не захлопнулась совсем. Огромная индустрия обмена частными видеоматериалами по почте давно живет в отдельном от законов пространстве. Другой соблазн - проснуться знаменитым. Здесь нужен крупный скандал, который делает пресса, чаще за деньги. Надо стать жертвой, пресса должна натравить власть, власть должна ввязаться в драку и оскандалиться.
Лучшее время для таких акций - выборы. Понятно, что такой закон о порнографии будет жить долго и если что и может нарушить сложившийся порядок вещей, то это экспертиза.
Самым большим парадоксом экспертизы порнографии является полная неясность: кто, как и на основании каких критериев должен ее проводить.
Отсутствие в законе сколь нибудь вразумительного определения этого феномена и безнадежная устарелость нормативной документации советского
периода позволяют оспорить в судебном процессе любое экспертное заключение. Тем более, что критерии эротики и порнографии за последние 10 лет сильно изменились.
После принятия закона о печати в 1992 году была практически легализована т.н. "мягкая" порнография, т.е. откровенные
изображения обнаженного тела и сексуальных контактов без детального изображения половых
органов. Одновременно с этим благодаря наплыву "перестроечной" литературы самоликвидировались критерии литературной порнографии, попросту растворившись в эротической классике, озорной
нецензурщине и псевдовосточных философско-поэтических трактатах.
Прежняя кустарная обнаженка
сменилась дерзкими фотооткровениями Сьюдека, Ньюмена и других фотохудожников с мировым
именем. Развитие технологий позволяет придать "художественный" вид любому изображению с помощью компьютерного дизайна. Шокирующая прежде журнальная "клубничка" поблекла под напором цифрового телевидения, виртуального секса и других Интернет технологий.
.
В условиях отсутствия каких-либо стандартов экспертной деятельности заключения по некоторым
уголовным делам стали отражать не столько объективные реальности новой культурной эпохи,
сколько нравственные нормы канувшего в лету советского периода.
В новом мире по старым критериям ежесекундно свершаются тысячи "преступлений": на каждом углу меняют валюту, все ударились в частное предпринимательство, гомосексуалы открыто демонстрируют свои, "преступные" наклонности, депутаты призывают к свержению государственного строя, но только порнография остается "грубо-натуралистическим, цинично-вульгарным изображением половых органов и половой жизни с целью вызвать половое возбуждение".
Все в этом определении противоречит и здравому смыслу и принципам гуманизма. Натуралистическое изображение половых органов, какими их создала природа, не является
ни циничным, ни вульгарным.
В любой религии бог, а не дьявол создавал человеческое тело, да еще по своему образу и подобию. Если придать изображению оттенок игривости, то есть художественности -
это будет эротика, возвышенная и утонченная или примитивная и приземленная, но сфера эстетики, вкуса, а не права.
Эротика возбуждает, так как воздействует на фантазию, а натуралистическое изображение физиологического акта фантазию убивает. Учебник анатомии может возбудить юнца, а у взрослого он вызывает разве что познавательный интерес. Грязное, циничное, вульгарное вообще может возбудить только извращенца.
Но извращенца может возбудить и нечто чистое, светлое, абсолютно асексуальное для нормального человека, например, детский образ.
Ни одно законодательство в мире не располагает хорошим определением порнографии, правда есть немало удачных частных критериев, из которых нельзя собрать единую конструкцию, и всего несколько общих, повторяющихся в схожих ("цивилизованных") обществах.
Везде запрещены изображения сексуальных контактов с детьми, сексуальных действий с трупами, реального, не игрового насилия в отношении сексуального партнера. Кое-где невозможно изображение сексуальных действий с животными. Это в жанре кинохроники.
В жанре игрового, художественного кино возможно все, даже шокирующие подробности могут стать главной изюминкой фильма (триллер), и зло может оказаться непобедимым (мистика), если герою удается спастись.
Может и в отечественной практике пора прекратить конструировать схоластические формулировки
и аргументировано определить содержательную основу порнографических сюжетов.
Лучший правовой критерий должен быть сформулирован так "порнография - изображение реальных сексуальных действий, уголовно наказуемых в действующем законодательстве". Тогда милиция будет возбуждать уголовные дела по поводу изображений: сексуальных действий с несовершеннолетними, издевательства
над телами умерших, насильственных действий сексуального характера и сексуальных действий в
отношении животных.
Роль экспертизы в этом случае будет конкретизирована установлением сути и реальности этих действий, для чего необходим сексолог (врач или психолог) и определением степени художественной обоснованности этих действий (искусствовед).
Сексологическая ассоциация "Культура и здоровье" располагает десятилетним опытом
проведения комплексной экспертизы по идентификации порнографических и эротических материалов.
Главными принципами такой экспертизы являются ее независимость от чиновников и силовиков,
т.е. вневедомственность, ориентация на конкретные критерии переходного законодательства и
привлечение к ней компетентных специалистов в разных областях знаний: сексологии, судебной
психологии, искусствоведения, юриспруденции, литературоведения.
Использование сегодняшних, зыбких критериев порнографии предполагает предельную корректность экспертов и учет множества деталей, таких как цель и смысл изображения, уровень
художественности, иносказательность, оценка деталей изображения и стремление скрыть их от
потребителя данной информации.
Это позволяет разграничить непристойность, подлежащую в
цивилизованном обществе лишь моральному осуждению и собственно порнографию, подлежащую
уголовному преследованию.
Разумеется, легальные производители печатной и видеопродукции из коммерческих побуждений стремятся бесконечно приблизиться к грани, отделяющей эротику от порнографии, и нередко
вкрапляют в эротические издания отдельные элементы, свойственные порнографическому жанру.
В таких случаях наилучшим выходом является превентивная, т.е. предпечатная экспертиза
оригинал-макетов изданий, оставляющая возможность проведения правки спорных материалов, которая ничего общего не имеет с цензурой, так как проводится на договорной основе и направлена на профилактику конфликта бизнеса и власти.
Автор: Агарков. С.Т.
|
|
|
|
|
|
Sex-Barometr анализирует:
С.Т.Агарков. Сексологическая ассоциация "Культура и здоровье" (Москва).
|
|
|
|
